Чужое небо - Эйди Миллер

Неуверенно приподняв руки, Ника не спеша коснулась змеи, стараясь почувствовать ее на уровне другого существа. Затем она аккуратно начала гладить рептилию, никакого чувства отвращения не возникло. Напротив, она удивилась приятно гладкой змеиной коже, нащупывая мелкие выделяющиеся чешуйки и сильные мускулы. В этом прикосновении она нашла что-то исключительное – гибкое сильное тело, прохладная кожа, грациозные движения.

– Нужно жить, а не выживать благодаря страху, – произнесла Шатэ, наблюдая за происходящими изменениями на ее глазах. Советник довольно улыбнулась, первому успеху в обучении художницы. – Видишь, представление о змее было сугубо твое личное, придуманное собственным или навязанным мнением.

Ника поднялась с кресла и аккуратно сняла с себя рептилию. Чувствуя пальцами упругость змеиного тела, она с легкостью вернула ее Шатэ, осознавая, что с ней только что произошло. Советник отправила змею на дерево, затем повернулась обратно к художнице.

– Я снова начала рисовать после долгого перерыва, – сообщила Ника, озирая взглядом, светлую комнату. Зная свое чувство ответственности, она не хотела подвести Шатэ, поэтому ей захотелось поделиться этой новостью с Советником. – Что если вы возлагаете на меня слишком многое и…

– Не думай об этом, – глядя на нее в упор, произнесла Шатэ, слегка приподняв светлые брови. – Ты та кто ты есть, и я знаю это.

В следующий момент Ника ощутила на себе успокаивающие объятия Шатэ, которые вызвали у нее чувство дежавю, будто с ней соприкоснулась родственная душа. Шатэ понимала ее сомнения и знала, как тяжело придется Нике в постижении их мира. Но на карту было поставлено слишком многое – вернуть правильное развитие их цивилизации. И как Советник давший согласие всегда, чтобы ни случилось, защищать интересы Актароса, она не могла делать Нике поблажки. Совсем скоро о ней узнает главный сектор, а значит, на это у нее просто нет времени.

Прикрыв глаза, Ника почувствовала, как от Шатэ исходит особый свет, наполняющий ее необыкновенным покоем.

– Доверься мне, – прошептала Шатэ, разрывая объятия. – Завтра мы продолжим наш урок, подкрепляя новой практикой.

– Так это был урок?

– Это был урок, – подтвердила Советник. Она положила на ее плечи свои ладони и, заглянув в синие глаза, в которых затаилась неуверенность, добавила: – следуй моим указаниям, и мы справимся. – Желая донести до художницы, что она ей не враг. – У нас есть время, чтобы немного побеседовать. У тебя наверняка есть ко мне вопросы, которые ты желаешь задать.

Ника кивнула, показав заинтересованность всем своим видом.

– Как я попала на Актарос? – протараторила Ника, мучая себя этим вопросом с тех пор, как очнулась.

– Через портал расположенный в четвертом секторе.

Межгалактические порталы находились в нескольких секторах, в том числе в четвертом, который перешел под наблюдение Шатэ с того момента, как она возглавила его. У каждого такого портала имелись стражи – система с искусственным интеллектом, способная отслеживать незваных гостей.

Тысяча вопросов одновременно посыпалось в сознании художницы, в голове все смешалось, Ника провела рукой по волосам, ощущая всю ответственность. Шатэ ожидала такой реакции от художницы, которая мало того, что была безразборчиво эмоциональной, так еще подвергалась депрессиям и имела список определенных страхов. Ей предстояло еще много поработать над художницей, но она сделает все, чтобы вернуть их миру правильное развитие и не только его.

– На самом деле я много думала об этом… почему именно я?

– Ты уникальна. У тебя с рождения иной опыт. – Она наклонилась чуть вперед, подчеркивая важность слов. Легким движением руки Шатэ коснулась подбородка художницы, заставив посмотреть прямо в ее глаза.

Чем отличались глаза Советника от остальных, подумала Ника, всматриваясь в их глубину. Познаниями… силой… или Шатэ просто являлась жителем другого мира?

– Точно не последнее, – сказала Шатэ, отвечая на мысли художницы.

– Откуда, вам…

– Твои глаза. Они всегда говорят, только молча. – Чуть отступая, ответила Шатэ, давая Нике больше пространства. – Если ты научишься читать язык глаз, то поймешь, о чем я говорю.

Ника попыталась отвернуться, но Советник вернула ее взгляд обратно, под которым Ника ощущала себя практически обнаженной.

– Так странно оказаться в другом мире, – произнесла Ника, не двигаясь с места.

– Ты и раньше бывала в других мирах, – подытожила Шатэ, имея в виду ее картины. – Если ты видишь другую реальность через окно, а не через дверь, это еще не означает, что ее не существует.

Шатэ умела овладеть вниманием другого существа, принося чувство понимания. Еще никто и никогда не был так близок к ее внутреннему миру, как Советник и эти мысли ослабили защиту художницы.

– Перестань сомневаться и послушай интуицию. – Легкая улыбка коснулась лица Советника. – Когда избавишься от накопленного тобой энергетического мусора и ненужных страхов, ты сможешь хорошо ее слышать.

Обхватив обеими руками собственные предплечья, Ника выдавила легкий смешок.

– Вы очень убедительны Советник.

Разве могло возникшее внутри ощущение родственных душ, заменить родной дом и всех кто там остался. Это не сменить один континент на другой, где можно оставаться на связи. Речь шла о далеких планетах, разных мирах, что оставалось пока за гранью фантастики для самой Ники.

– Как на мне отразиться потеря тех или иных эмоций, производных от страха. Не лишусь ли я моей сути?

– Я не верю твоим словам, – спокойно ответила Советник, наблюдая легкое потрясение на лице художницы. – Гниль, которая разлагает твое сознание, заставляя тебя страдать… – Шатэ покачала головой. – Ты боишься потерять то, что тебе совсем не нужно. Это что человеческая жадность?

– Нет. Это обычное беспокойство, – как можно увереннее произнесла Ника.

Советник отвела взгляд к огромному окну, за которым пролетел небольшой летательный аппарат треугольной формы, и снова посмотрела на художницу.

– Это не то о чем тебе следует беспокоиться. Я не допущу ничего, чтобы могло тебе навредить, – попыталась она успокоить художницу.

На сегодня урок был окончен и в сопровождении Лии, чье лицо не выражало никаких эмоций, строгое и спокойное она покинула Советника. Полное олицетворение уравновешенности, подумала Ника, еще раз взглянув на свою сопровождающую. Они поднялись на несколько этажей, затем зашли в горизонтальный лифт, который курсировал по диагонали. Закрыв глаза, Ника попыталась вызвать в себе теплые воспоминания о Земле, о матери и Лоране. Наконец, ей показалось, что у нее получилось окунуться в прежний мир, услышать родные голоса, шум проезжающих машин. Как только лифт остановился, Ника открыла глаза, вновь созерцая чужой мир.

Глава 8

Следующим утром Ника проснулась от навязчивого сна, повторяющегося каждую ночь. Во сне она видела себя, как открывает дверь своей новой квартиры, а за дверью оказывалась беспроглядная черная пустота. Каждый раз она собиралась пересечь порог квартиры и вступить в ту пустоту, но как только делала первый шаг, Ника сразу просыпалась. Откинув тонкое одеяло, она стрелой помчалась к окну в глупой надежде увидеть Землю. Очередная доля разочарования постигла Нику и на этот раз, когда последние оковы сна сошли, и она увидела все тот же Актарос. Она представила, как бы сейчас взяла телефон, набрала Лорана и поделилась бы с ним всем, что с ней случилось. Ника попыталась представить, чтобы он ей ответил и как бы успокоил. Обессиленно рухнув в кресло, она откинула голову назад, вспомнив событие вчерашнего дня. Не уже ли ей, в самом деле, удалось победить страх перед рептилиями. Она никогда не думала, что будет способна испытать восхищение перед гибкостью и силой этих существ. Взъерошив волосы, Ника зажмурила глаза, воспроизводя в памяти сцену со змеей и то, как ей удалось пройти через этот страх. Кто бы мог подумать, что она избавится от страха перед рептилиями. Может оно того стоило, все это путешествие… размышляла Ника, она всегда хотела большего, всегда знала, что способна на большее, чем быть тем, кем она была… в прошлой жизни? Была ли та жизнь прошлой, задумалась Ника. Сможет ли она когда-нибудь вернуться обратно и снова стать той, кем была прежде? Нет, не сможет. Шатэ уже изменила какую-то ее часть и в глубине души она признавала, что ей нравились эти изменения. Как и признавая тот факт, что она жаждала этих изменений всю жизнь. Тот мир был ее, как она считала, но почему тогда он был порой настолько чужим и совсем не резонировал с ней. И как бы сейчас она не чувствовала себя чужой здесь, странным образом она ощущала себя на своем месте. Только это чувство склонило ее принять договор Шатэ, но что если она ошиблась, и это всего лишь временная иллюзия. Ника усмехнулась, когда в мыслях сравнила советника с президентом какой-нибудь страны. Ведь по факту, такое сравнение было вполне уместным. Их мир поделен на сектора и каждый сектор по очереди возглавляет один из советников. Отдаленно это имело сходство, только здесь все было иначе.